Повесть временных лет – доклад сообщение

«Повесть временных лет» 1114

Повесть временных лет - доклад сообщение

«Повесть временных лет» занимает в истории русского общественного самосознания и истории русской литературы особое место.

Это не только древнейший из дошедших до нас летописных сводов, повествующий о возникновении Русского государства и первых веках его истории, но одновременно и важнейший памятник историографии, в котором отразились представления древнерусских книжников начала XII в.

о месте русичей среди других славянских народов, представления о возникновении Руси как государства и происхождении правящей династии, в котором с необычайной ясностью освещены, как бы сказали сегодня, основные направления внешней и внутренней политики.

«Повесть временных лет» свидетельствует о высоко развитом в то время национальном самосознании: Русская земля осмысляет себя как могущественное государство со своей самостоятельной политикой, готовое при необходимости вступить в единоборство даже с могущественной Византийской империей, тесно связанное политическими интересами и родственными отношениями правителей не только с сопредельными странами – Венгрией, Польшей, Чехией, но и с Германией, и даже с Францией, Данией, Швецией. Русь осмысливает себя как православное государство, уже с первых лет своей христианской истории освященное особой божественной благодатью: оно по праву гордится своими святыми покровителями – князьями Борисом и Глебом, своими святынями – монастырями и храмами, своими духовными наставниками – богословами и проповедниками, известнейшим из которых, безусловно, являлся в XI в. митрополит Иларион. Гарантией целостности и военного могущества Руси должно было являться владычество в ней единой княжеской династии – Рюриковичей. Поэтому напоминания, что все князья – братья по крови, – постоянный мотив «Повеcти временных лет», ибо на практике Русь сотрясают междуусобицы и брат не раз поднимает руку на брата. Еще одна тема настойчиво обсуждается летописцем: половецкая опасность. Половецкие ханы – иногда союзники и сваты русских князей, чаще всего все же выступали как предводители опустошительных набегов, они осаждали и сжигали города, истребляли жителей, уводили вереницы пленных. «Повесть временных лет» вводит своих читателей в самую гущу этих актуальных для того времени политических, военных, идеологических проблем.

Библиотека литературы Древней Руси. Том 1

ЛЕГЕНДА ОБ АПОСТОЛЕ АНДРЕЕ

Когда же поляне жили сами по себе на горах этих, тут был путь из Варяг в Греки и из Грек по Днепру, а в верховьях Днепра — волок до Ловоти, а по Ловоти можно войти в Ильмень, озеро великое; из этого же озера вытекает Волхов и впадает в озеро великое Нево, и устье того озера впадает в море Варяжское.

И по тому морю можно дойти даже до Рима, а от Рима можно прийти по тому же морю к Царьграду, а от Царьграда прийти в Понт море, в которое впадает Днепр река. Днепр же вытекает из Оковского леса и течет на юг, а Двина из того же леса течет и идет к северу, и впадает в море Варяжское.

Из того же леса течет Волга на восток и впадает семьюдесятью устьями в море Хвалисское. Поэтому из Руси можно плыть по Волге в Болгары и в Хвалисы, и на восток пройти в удел Сима, а по Двине – к варягам, а от варягов до Рима, от Рима же и до племени Хамова.

А Днепр впадает в Понтийское море тремя устьями; это море именуемо Русским, – по берегам его учил святой Андрей, брат Петра.

Как говорят, когда Андрей учил в Синопе и прибыл в Корсунь, узнал он, что недалеко от Корсуня устье Днепра, и захотел пойти в Рим, и проплыл в устье днепровское, и оттуда отправился вверх по Днепру. И случилось так, что он пришел и стал под горами на берегу.

И утром, встав, сказал бывшим с ним ученикам: «Видите ли горы эти? Так на этих горах воссияет благодать Божия, будет город великий, и воздвигнет Бог много церквей». И взойдя на горы эти, благословил их и поставил крест, и помолился Богу, и сошел с горы этой, где впоследствии будет Киев, и пошел вверх по Днепру.

И пришел к славянам, где нынче стоит Новгород, и увидел живущих там людей – каков их обычай и как моются и хлещутся, и подивился на них. И пошел к варягам, и пришел в Рим, и поведал о том, скольких научил и кого видел, и рассказал им: «Диво видел я в Славянской земле, когда шел сюда.

Видел бани деревянные, и натопят их сильно, и разденутся и будут наги, и обольются мытелью, и возьмут веники, и начнут хлестаться, и до того себя добьют, что едва вылезут, чуть живые, и обольются водою студеною, и только так оживут.

И творят это постоянно, никем же не мучимые, но сами себя мучат, и то творят не мытье себе, а мученье». Те же, слышав, удивлялись; Андрей же, побыв в Риме, пришел в Синоп.

https://www.youtube.com/watch?v=2jL8d5pOmng

Повесть временных лет

«ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ» И ЕЕ РЕДАКЦИИ

В 1110–1113 была завершена первая редакция (версия) Повести временных лет – пространного летописного свода, вобравшего многочисленные сведения по истории Руси: о войнах русских с Византийской империей, о призвании на Русь на княжение скандинавов Рюрика, Трувора и Синеуса, об истории Киево-Печерского монастыря, о княжеских преступлениях. Вероятный автор этой летописи – монах Киево-Печерского монастыря Нестор. В первоначальном виде эта редакция не сохранилась.

В первой редакции Повести временных лет были отражены политические интересы тогдашнего киевского князя Святополка Изяславича. В 1113 г. Святополк умер, и на киевский престол вступил князь Владимир Всеволодович Мономах. В 1116 г. монахом Сильвестром (в промономаховском духе) и в 1117-1118 гг.

неизвестным книжником из окружения князя Мстислава Владимировича (сына Владимира Мономаха) текст Повести временных лет был переработан.

Так возникли вторая и третья редакции Повести временных лет; древнейший список второй редакции дошел до нас в составе Лаврентьевской, а самый ранний список третьей – в составе Ипатьевской летописи.

Энциклопедия «Кругосвет»

РЕДАКТИРОВАНИЕ «ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ»

Став киевским князем, Владимир Мономах сохранил и свою «отчину» – княжество Переяславльское, а также Суздальскую землю и Ростовскую. Признал власть Владимира и Великий Новгород, повинуясь его распоряжениям и принимая от него князей.

В 1118 году Владимир потребовал к себе «вся бояры новгородськыя» для приведения их к присяге. Часть из них он отпустил обратно в Новгород, а «иныя у себя остави». При Владимире восстановилась прежняя военная мощь древнерусского государства, ослабленная предшествовавшими феодальными распрями.

Половцам был нанесен сокрушительный удар, и они не осмеливались нападать на Русскую землю…

Одной из мер при вокняжении Владимира Мономаха в Киеве в 1113 году было исправление несторовской «Повести временных лет» с целью более правильного освещения правления Святополка Изяславича, ненавистного киевскому трудовому народу. Это дело Мономах поручил игумену Выдубецкого монастыря Сильвестру.

Выдубецкий монастырь был основан отцом Владимира Мономаха, князем Всеволодом Ярославичем, и, естественно, держал сторону этого князя, а после его смерти – сторону его сына. Сильвестр добросовестно выполнил порученное ему дело. Он переписал «Повесть временных лет» и дополнил ее несколькими вставками об отрицательных поступках Святополка.

Так, Сильвестр ввел в «Повесть временных лет» под 1097 годом рассказ попа Василия об ослеплении Василька Ростиславича. Затем по-новому он изложил историю похода русских князей против половцев в 1103 году.

Хотя этот поход возглавлялся Святополком, как старшим киевским князем, пером Сильвестра Святополк был отодвинут на второй план, а на первое место поставлен Владимир Мономах, действительно участвовавший в этом походе, но не руководивший им.

То, что эта версия не могла принадлежать Нестору, монаху Киево-Печерского монастыря, ясно из сопоставления с нею рассказа о том же самом походе, имеющегося в «Киево-Печерском патерике», идущем, вероятно, по традиции от самого Нестора. В рассказе «Патерика» Владимир Мономах даже не упомянут, а победа над половцами приписывается одному Святополку, который получил благословение перед походом от монахов Киево-Печерского монастыря.

Редактируя «Повесть временных лет» Нестора, Сильвестр не продолжил ее ни на один год, но выпустил указание на авторство киево-печерского монаха.

Под тем же 1110 годом Сильвестр сделал такую приписку: «Игумен Сильвестр святого Михаила написах книгы си, летописець, надеяся от бога милость прияти при князи Володимере, княжащю ему Кыеве, а мне в то время игуменящю у святого Михаила, в лето 6624 (1116) индикта 9. А иже чтеть книгы сия, то буди ми в молитвах».

Поскольку редакция Сильвестра получила официальное признание, она легла в основу всего дальнейшего русского летописания и дошла до нас во множестве позднейших летописных списков.

Несторовский же текст «Повести временных лет», оставшийся достоянием только киево-печерской традиции, до нас не дошел, хотя некоторые следы отличий этого текста от сильвестровской редакции сохранились, как уже сказано, в отдельных рассказах более позднего «Киево-Печерского патерика». В этом «Патерике» сохранилось и указание на Нестора, написавшего русский «летописец».

В 1118 году сильвестровская редакция «Повести временных лет» была продолжена, по-видимому, в связи с включением в нее написанного в этом году известного «Поучения Владимира Мономаха». По убедительному предположению М. Приселкова, дополнение сделал сын Владимира Мономаха Мстислав, находившийся тогда в Новгороде.

Большой интерес среди этих дополнений представляют два рассказа о северных странах, слышанные автором в 1114 году, когда он присутствовал при закладке каменной стены в Ладоге. Ладожский посадник Павел рассказал ему о северных странах, находящихся за Югрою и Самоядью.

Другой же рассказ об этих странах, слышанный автором от новгородца Гюряты Роговича, помещен под 1096 годом, с указанием, что он был услышан «прежи сих 4 лет».

Так как оба рассказа тесно связаны между собой по содержанию, то слова «прежи сих 4 лет» следует отнести ко времени написания этой вставки в 1118 году, когда был услышан автором и первый рассказ..

Поскольку до нас не дошел подлинник рукописи Мстислава, а только ее позднейшие списки, то единственным объяснением получившейся путаницы может быть случайная перестановка листов оригинала, с которых потом делались эти списки. Такое предположение тем более допустимо, что в имеющихся списках под 1096 годом находится и «Поучение Владимира Мономаха», написанное не ранее 1117 года.

Водовозов Н. В. История древней русской литературы 

Источник: https://histrf.ru/lenta-vremeni/event/view/poviest-vriemiennykh-liet

Повесть временных лет как исторический источник

Повесть временных лет - доклад сообщение

Historicus.ru / Средние века

Повесть временных лет (ПВЛ) – самый важный источник по истории Древней Руси и самый противоречивый.

Некоторые исследователи предлагают относится к нему как к сборнику легенд и сказаний, другие продолжают изучать, находя новые факты из истории Руси, третьи (в основном археологи) пытаются связать топографическую и этнонимическую информацию из Повести с данными археологических изысканий и, сказать по правде, не всегда им это удается. Актуальнейшим вопросом остается проблема отнесения Повести к сонму исторических источников. Однозначного решения, думается, не существует, правда всегда где-нибудь посередине. В настоящей статье мы попытаемся ответить на вопрос: может ли Повесть временных лет быть источником по изучению истории и культуры Древней Руси и если да, достоверен ли этот источник.

Повесть временных лет «отметилась» практически во всех известных сегодня науке летописных сводах. Она создавалась на рубеже XI-XII вв. и носит компилятивный характер. ПВЛ состоит из двух частей. Первая – космогоническая – описывает становление русского народа и русского государства, выводя их генеалогию от Ноя и его сыновей. В первой части нет дат и фактов, она больше легендарная, былинно-мифическая, и служит цели – объяснению и закреплению независимости недавно народившейся Русской Православной Церкви. Это достаточно логично, автор повести – монах Киево-Печерского монастыря  – Нестор, соответственно он объясняет историю Руси исходя из христианской парадигмы, однако же, к собственно науке это не имеет отношения, разве только к истории религии. О формировании славян как этноса мы узнаем, к сожалению, не из источника, который в первых строках сообщает нам, что будет рассказывать о том «откуда есть пошла русская земля», а из хроники гота – Иордана, жившего в VI в. нашей эры. Странно то, что «Нестору» об этом Иордане ничего не известно. По крайней мере никаких заимствований или перекличек с этой хроникой в тексте ПВЛ нет. В историографии подчеркивается тот факт, что Нестор для своего труда пользовался неким другим, не дошедшим до нас сводом (древнейшим, как любовно и с трепетом называют его исследователи), однако, почему-то не пользовался хроникой Иордана. Начальный свод, которым по мнению всех историков пользовался Нестор, это та же летопись, но переработанная, в которую добавлены события современные автору труда.

Худ. В. М. Васнецов, Нестор-летописец, 1885-1893, акварель, Государственная Третьяковская галерея, Москва 

Можно предположить, что Нестору неизвестно было о готах и об их историках, соответственно у него не было доступа к «Гетике» Иордана. Не согласимся с данным предположением. Во время Нестора, да и задолго до него, Русь не жила в изоляции, готы – ближайшие ее соседи. Кроме того, монастыри во все времена были собранием знаний и мудрости, именно в них хранились книги, и переписывались эти книги для сохранения потомков там же. То есть фактически именно у Нестора и более того только у него был доступ к другим письменным источникам, не только русским, но и византийским и готским. Библиотека при Киево-Печерской лавре была создана еще при Ярославе Мудром. Князь специально направил монахов в Константинополь, чтобы они привезли оттуда книги и, думается, не настаивал на том, чтобы отбирались только книги церковные. Так что библиотека в Печерском монастыре была достойной, и в ней скорее всего было множество хроник, на которые мог бы опираться Нестор. Но почему-то не опирался. Ни одного из известных историков античности или раннего средневековья (за исключением Арматола, о чем ниже) не цитируется в ПВЛ, будто и не было их вовсе, будто Русь, описанная в Повести, это некая мифическая страна, вроде Атлантиды. 

Киево-Печерская лавра. Современный вид 

Повесть Временных лет еще и наиболее давняя из известных нам. Как говорилось выше, было установлено, что ПВЛ писалась на основании другого, еще более древнего источника (свода), не дошедшего до нас, но это заключение лингвистов, не историков.

Хотя историки и приняли эту гипотезу.

Известный языковед Шахматов в течение практически всей своей жизни изучал текст ПВЛ и выделил языковые пласты, характерные для той или иной эпохи, на основании чего заключил, что летопись заимствует какие-то фрагменты из более старшего по времени текста.

Известно также, что помимо этого древнейшего свода автор Повести широко опирался на Хронику Георгия Арматола, написанную в IX веке. Византиец Арматол рассказывает общую историю от сотворения мира до 842 года. Космогоническая часть Повести почти слово в слово повторяет этот византийский текст.

Таким образом, неизвестно на какие источники опирался летописец при создании датированной части летописи с 842 г., кроме уже упомянутого Начального свода, части которого использовал Нестор для описания деяний первых русских князей. Никакие материальные свидетельства о существовании этой летописи не сохранились (не существуют?)

Скульптор М. М. Антокольский, Нестор летописец,1890, Мрамор. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург 

Что касается главного вопроса, об отнесении ПВЛ к историческим источникам, то в науке он решен однозначно. ПВЛ была и есть летописью, на основе которой реконструирована древнерусская история.

На самом деле историческим источником может быть признано абсолютно все, любое свидетельство эпохи, как устное, так и письменное, а также изобразительное и даже психологическое (культурное), например обычай или мем.

Таким образом, Повесть действительно очень большой и значимый источник – сколько фактов, имен и событий в ней описано! В Повести перечислены и первые князья Русской земли, рассказано о призвании варягов на Русь.

К счастью, сегодня, мы уже можем не ограничиваться лишь одной Повестью, а посмотреть так называемые параллельные источники, т.е. документы и свидетельства, созданные в то же самое время, что и ПВЛ или описывающие тот же самый промежуток времени.

В этих источниках, по счастью,  находим мы и княгиню Ольгу и кагана Владимира Святого, так что да, в данной части Повесть действительно может считаться источником, ибо согласуется с другими свидетельствами, а значит пишет правдиво. Не согласуются только даты: о каких-то событиях Повесть рассказывает нам, приводя подробности, о каких-то умалчивает.

То есть можно сказать, что основных исторических персонажей автор летописи не выдумал, однако их «деяния» не всегда передавал верно – что-то приукрасил, что-то выдумал, о чем-то умолчал.

Острым вопросом остается проблема автора Повести. Согласно канонической версии автор ПВЛ – это монах Печерского монастыря Нестор, который и составил весь текст.

Некоторые вставки в Повесть принадлежат другому монаху – Сильвестру, жившему позже Нестора. В историографии мнения по данному вопросу разделились.

Кто-то полагает, что Нестор написал только вступительную сакральную часть летописи, кто-то присуждает авторство полностью ему.

Нестор. Скульптурная реконструкция по черепу, автор С. А. Никитин, 1985 г. 

Татищев, написавший фундаментальный труд по истории России с древнейших времен и включивший Повесть в свою авторскую летопись, не сомневается в том, что Нестор – исторический персонаж, а не собирательный образ всех летописцев и что именно он автор ПВЛ.

Историк удивляется тому, что епископ Константинопольской Православной церкви Петр Могила из 17 века не видит, почему-то, что Нестор и есть автор Начального свода, на основании которого последующие переписчики делали вставки в летопись.

Татищев полагал, что не дошедший до нас древнейший свод принадлежит перу Нестора, а сама Повесть в том виде, в котором она дошла до нас, суть плод труда монаха Сильвестра.

 Любопытно, что Татищев сообщает, что у епископа Могилы одна из лучших библиотек, и что владыко мог бы повнимательнее посмотреть там, глядишь и обнаружил бы у себя Начальный свод. 

Упоминание авторства Нестора мы находим только в Хлебниковском списке ПВЛ, это – летописный свод 16 века, который был отреставрирован и отредактирован в 17 веке, под руководством кого бы вы думали? – того же Петра Могилы.

Епископ тщательно изучал летопись, делал пометки на полях (пометки эти сохранились), однако, почему-то не увидел имя монаха, либо же увидел, но значения не придал. А после этого написал: «Несторово писание русских деяний чрез войны потеряно для нас, почитай, написал Симон епископ суздальский».

Татищев полагает, что Могила говорит о продолжении несторовой летописи, которая и потерялась, а начало, то есть то, что сохранилось, безусловно, принадлежит перу Нестора. Заметим, что самый первый епископ суздальский по имени Симон (а их было несколько) жил в начале XII в.

Нестор умер в 1114 году, так что вполне возможно, что Татищев верно понял Могилу и имелось ввиду, что Симон Суздальский епископ продолжил повесть Нестора, однако ж, неизвестно с какого именно момента, на чем именно остановился Нестор.

Петр Могила 

В целом, вопрос с авторством Нестора в настоящее время сомнений почти не вызывает. Но необходимо помнить, что Нестор был не единственным автором Повести. Соавторами были и Симон Суздальский, и другой монах – Сильвестр, и многочисленные переписчики следующих поколений.

Хотя и этот момент можно оспорить. Тот же Татищев подметил в своей «Истории Российской» любопытный факт, по его мнению, вся летопись написана одним и тем же наречием, то есть стилем, тогда как если авторов несколько, то слог письма хоть чуть-чуть, но должен отличаться.

Кроме разве что записей после 1093 г., которые явно сделаны другой рукой, но тут уже нет никакой тайны – игумен Выдубецкого монастыря Сильвестр прямо пишет, что именно он теперь составляет летопись.

Возможно, что новые лингвистические изыскания помогут пролить свет на этот интересный вопрос.

Очень плохо в Повести временных лет решен вопрос с хронологией. И это сильно удивляет. Слово «летопись» означает, что запись ведется по годам, в хронологическом порядке, иначе это и не летопись вовсе, а художественное произведение, например, былина или сказ.

Несмотря на то, что ПВЛ именно летопись, источник по истории, практически во всех работах по историографии ПВЛ можно встретить такие фразы: «дата вычислена здесь неточно», «имеется ввиду … (год такой-то)», «на самом деле поход происходил годом ранее» и т. п.

Абсолютно все историографы сходятся во мнении, что какая-нибудь дата, да неправильная. И заключается это, естественно, не просто так, а потому, что то или иное событие было задокументировано в другом источнике (так и хочется сказать «более надежном, чем нестерово летописание»).

Даже в первой строке датированной части летописи (!) Нестор допускает ошибку. Год 6360, индикта 15. «Начал царствовать Михаил…». Согласно Константинопольской эре (одна из систем летосчисления от сотворения мира) 6360 г. – это 852 год, тогда как византийский император Михаил III взошел на престол в 842 году.

Ошибка в 10 лет! И это еще не самая серьезная, поскольку ее было легко отследить, а что там с событиями, где задействованы только русские, коих византийские и болгарские хронографы не охватили? О них остается только гадать.

Кроме того, летописец приводит вначале текста своего рода хронологию вычисляя сколько лет прошло от тех или иных событий до других. В частности, цитата: «а от Христова рождества до Константина 318 лет, от Константина же до Михаила сего 542 года». Михаил сей, полагаем это тот, который начал царствовать в 6360 году.

Путем нехитрых математических вычислений (318+542) получаем 860 год, что теперь не согласуется ни с данными самой летописи, ни с другими источниками. И таких несовпадений – легион.

Возникает вполне закономерный вопрос: зачем вообще было расставлять какие бы то ни было даты, если они взяты приблизительно, а некоторые так и вообще из разных летосчислений и хронологий. Д.

Лихачев, много времени посвятивший изучению ПВЛ, полагает, что ставил даты в летописи не сам Нестор, а поздние переписчики, которые не только «подсказывали» ему в каком году случилось то или иное событие, но и иной раз просто переиначивали всю историю. Разделить правду и вымысел в таком коллективном труде пытается уже не одно поколение историков.

Историк И. Данилевский считает, что слово «летопись» не обязательно означает описание событий в хронологическом порядке, подтверждая это тем, что, например «Деяния апостолов» также прозывается летописью, хотя никаких отсылок к датам в них нет.

Отсюда можно заключить, что на самом деле труд Нестора – это переработка не какого-то другого источника, того же самого Начального свода, но суть некий рассказ, который летописец расширил, а последующие переписчики проставили в нем даты.

То есть Нестор и не ставил задачей установить хронологию древнерусских событий, а только передать общий культурный контекст в котором формировалась Русь как государство. По нашему мнению это ему удалось.

В литературе отмечается, что в период, когда создавалась Повесть, на Руси был неразвит жанр истории, в котором, например, написана «История Иудейской войны» Иосифа Флавия или истории Геродота. Соответственно ПВЛ – это своего рода новаторское произведение, автор которого переработал существовашие легенды, деяния и жития, чтобы они соответствовали летописному жанру. Отсюда и путаница с датами. С этой же точки зрения Повесть является прежде всего памятником культуры, а уже во вторую очередь источником по истории Древней Руси. Невольно, каждый историограф, изучающий ПВЛ, становится либо в позицию адвоката, изобретая оправдания Нестору, например, почему в заглавии два раза подчеркивается, что речь пойдет «откуда есть пошла Русская земля» (буквально так: «Откуду есть пошла Руская земля, кто в Киеве нача первее княжити, и откуду Руская земля стала есть») или почему о формирование русского этноса излагается по Ветхому завету, а не по историческим хроникам. Другие, встают в позицию обвинителя и указывают, что, например, о крещении Руси Нестор все выдумал и история о трех посольствах, которые предлагали Владимиру Красное Солнышко на выбор три веры не более чем сказка, поскольку Русь к тому времени уже была христианской и доказательства этому имеются (Историк уже писал об этом в статье «Крещение Руси: как это было»). 

Но именно историографы используют Повесть как важный источник для своих исследований, поскольку присутствие автора-составителя читается в каждой строчке ПВЛ: каких-то князей Нестор любит, каких-то клеймит, некоторые события выписаны с особой тщательностью, некоторые года пропущены вовсе – мол не было ничего существенного, хотя параллельные источники утверждают иное. Именно образ автора помогает лучше понять умонастроения просвещенной части населения Древней Руси (книжников, священников) по отношению к той роли, которую Русь играет на политической арене нарождающейся феодальной Европы, а также выразить авторское мнение относительно внешней и внутренней политики правящей верхушки.

На наш взгляд, определяя жанр, а следовательно и достоверность ПВЛ как исторического источника, следует руководствоваться тем названием, которое дал автор своему труду. Он назвал его не временником, ни хронографом, не анналами, ни житием, ни деяниями, он назвал его «Повестью временных лет».

Несмотря на то, что «временные лета» звучит достаточно тавтологично, определение «повесть» очень подходит Несторовому труду. Мы видим самое что ни на есть повествование, иногда перескакивающее с места на место, иногда нестройное хронологически – но ведь этого же и не требовалось.

Перед автором стояла задача, которую он и раскрывает читателю, а именно: «Откуду есть пошла Руская земля, кто в Киеве нача первее княжити».

И, узнав о ней, мы понимаем, что автор наверняка выполнял некий социальный заказ, иначе почему так важно, кто «первее» стал князем? Не все ли на равно, кем был Кий и откуда он пришел?

Однако, для летописца вопрос о первом правителе очень важен, а все потому, что скорее всего во время написания летописи перед автором стояла задача показать легитимность тогдашнего князя и его колена. В указанное время великим киевским князем был Свтяополк Изяславич, а затем Владимир Мономах. Последнему и было необходимо обосновать свои права на Киев, по его заказу и разбирался летописец, кто «первее нача княжити». Для этого же и приведена в Повести легенда о дележе земли сыновьями Ноя – Симом, Хамом и Яфетом. Это подметил в своей работе «Читая Повесть временных лет» Владимир Егоров. По мнению Егорова, эти слова Повести «Сим же, Хам и Иафет разделили землю, бросив жребий, и порешили не вступать никому в долю брата, и жили каждый в своей части. И был единый народ» имеют целью пошатнуть основы лествичного права, когда киевский престол наследовал старший в роде, а не прямой потомок (сын). И если Владимир Мономах наследовал своему брату Святополку именно по старшинству в роде, то уже по смерти Мономаха киевским князем становится его сын – Мстислав Владимирович, прозванный Великим. Таким образом, реализуется право каждому жить в своем роде. Кстати легенда о сыновьях Ноя и о дележи ими земли, по мнению Егорова, чистый вымысел. В Старом Завете никаких подробностей о земельной сделке не приводится.

Кроме самого текста ПВЛ критике часто подвергается и ее перевод на современный русский язык. Сегодня известна лишь одна версия литературного перевода, выполненная Д. С. Лихачевым и О. В. Твороговым, и на нее есть немало нареканий.

Утверждается, в частности, что переводчики довольно вольно обращаются с исходным текстом, заполняя орфографические лакуны современными нам концептами, что приводит к путанице и нестыковкам в тексте самой летописи.

Поэтому продвинутым историкам рекомендуется все же читать Повесть в оригинале и строить теории и выдвигать положения на основе древнерусского текста. Правда для этого необходимо выучить старославянский.

Тот же В. Егоров указывает на такие, например, несоответствия перевода и древнерусского исходника. Старославянский текст: «ты Вар ѧ̑ гы Русь. ӕко это друзии зовутсѧ Свее. друзии же Оурманы. Аньглѧне. инѣы и  Гете», а вот перевод Лихачева-Творогова: «Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы».

Как видим, шведы в летописи на самом деле названы свеями, как и положено в указанную эпоху, но переводчик почему-то решил их осовременнить. «Гете» почему-то названы готландцами, хотя таких народов не наблюдается более нигде, ни в каких других хрониках. Зато есть ближайшие соседи – готы, которые очень созвучны «гете».

Почему переводчик решил ввести готландцев вместо готов остается загадкой.

Лист Лаврентьевской летописи 

Большая путаница в Повести отмечается в связи с рассмотрением этнонима русь, который присваивается то варягам, то исконным славянам.

То говорится, что варяги-рось пришли княжить в Новгород и от них произошло название Руси, то говорится, что племена, исконно обитавшие на Дунае и были русь.

Таким образом, полагаться на Повесть в данном вопросе не представляется возможным, а значит и понять «откуда пошла русская земля» – то ли от варягов, то ли от имени речки Рось не получится. Как источник здесь ПВЛ ненадежна.

В Повести временных лет очень много позднейших вставок. Сделаны они были и в XIII, и в XIV, и даже XVI веках.

Иногда их удается отследить, когда термины и этнонимы уж очень сильно отличаются от древнерусских, например, когда немецкие народы называют «немцами» мы понимаем, что это поздняя вставка, тогда как в XI-XII веках их называли фрягами.

Иногда они сращиваются с общей канвой повествования и выделить их может только лингвистический анализ. Суть в том, что правда и вымысел слились в Повести в один большой эпический пласт, из которого трудно вычленять отдельные мотивы.

Подводя итог всему вышесказанному, можно заключить, что Повесть временных лет, конечно, фундаментальный труд по истории культуры Древней Руси, однако труд тенденциозный, выполняющий социальный заказ правящей великокняжеской династии, а также преследующий цель помещения Руси в континуум христианского мира, дабы найти в нем свое законное место. В связи с этим пользоваться Повестью как историческим источником стоит с особой осторожностью, опираться при выведении каких-либо положений на старославянский текст, либо же почаще сравнивать перевод с оригиналом. Кроме того, при выведении тех или иных дат и составлении хронологий в обязательном порядке консультироваться с параллельными источниками, отдавая предпочтение хрониках и анналам, а не житиям тех или иных святых или настоятелей монастырей.

Еще раз подчеркнем, что на наш взгляд, ПВЛ прекрасное литературное произведение, с вкраплением исторических персонажей и фактов, но являться историческим или историографическим источником она ни в коей мере не может.

Санникова Ю.

Обсудить статью на форуме

Источник: http://www.historicus.ru/povest_vremennih_let_kak_istoricheskii_istochnik

Доклад на тему:

Повесть временных лет - доклад сообщение

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………..3

  1. Нестор – русский летописец……………………………………………….4

  2. « Повесть временных лет» – удивительное явление русской культуры..6

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………….10

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ……………………………………………………….12

ВВЕДЕНИЕ

“Если прилежно поищешь в книгах мудрости, то найдешь великую пользу душе своей. Ибо кто часто читает книги, тот беседует с Богом или со святыми мужами. Тот, кто читает пророческие беседы, и евангельские и апостольские поучения, и жития святых отцов, получает душе великую пользу” Нестор Летописец

С первых упоминания о Киевской Руси прошло уже много-много лет. Откуда же до нас дошли такие старинные знания? Историю возникновения русского государства мы знаем благодаря летописи – «Повесть временных лет», автором этой летописи был Нестор. По сути, летописец Нестор является первым историком, попытавшимся поведать современникам и потомкам об истории земли русской.

Обращаясь всё к той же летописи, можно говорить, что Нестор родился в 1064 году. Умер же летописец в 1114 году. Достигнув 17-ти летнего возраста, он отправился в Печорскую обитель, где принял монашеский постриг. В Печорской лавре проживало большое количество достойных братьев. Будущему летописцу было с кого брать пример. Нестор постоянно самосовершенствовался: духовно и умственно.

Летописец обладал незаурядными умственными способностями, с уважением относился к различным знаниям, церковь же в этом отношении была очень консервативна.

Первым письменным произведением Нестора стало житие Святых Бориса и Глеба. Произведение поражает своим красноречием и глубиной мысли. Затем за его авторством  идет житие преподобного Феодосия Печорского.

Житие преподобного выдающиеся произведение русской письменности 11 века.

  1. Нестор – русский летописец

Преподобный Нестор Летописец родился в 50-х годах ХI века в Киеве. Юношей он пришел в Печерский монастырь к преподобному Феодосию и стал послушником. Постриг в монашество будущего летописца уже преемник Феодосия, игумен Стефан.

При этом же игумене монах Нестор становится иеродиаконом. Согласно летописным данным, произошло это не раньше 1078 года. Чистотой своей жизни, молитвой и усердием юный подвижник превзошел вскоре даже самых известных печерских старцев.

В монастыре преподобный Нестор нес послушание летописца. Он глубоко ценил истинное знание. “Великая бывает польза от учения книжного. Книги — это реки, напояющие вселенную, от которых исходит мудрость. В книгах неисчетная глубина, ими утешаемся в печали, они узда воздержания. Если прилежно поищешь в книгах мудрости, то приобретешь великую пользу для своей души”, — писал он.

В 80-х годах Нестор написал “Чтение о житии и погублении блаженных страстотерпцев Бориса и Глеба” в связи с перенесением их святых мощей в Вышгород в 1072 году. Старший из известных историкам списков “Чтения…” относится к XVI веку.

Историю гибели сыновей Владимира Святославича Нестор предваряет обширным историческим введением, в котором размышляет об извечной борьбе добра со злом.

Борис и Глеб выступают в “Чтении…” как носители христианских добродетелей — смирения и братолюбия, а Святополк предстает как орудие дьявольских козней.

Немного позже преподобный Нестор составил житие преподобного Феодосия Печерского, а в 1091 году, накануне престольного праздника Печерской обители, игумен Иоанн поручил ему выкопать из земли для перенесения в храм святые мощи преподобного Феодосия.

Особенно выделяется в “Житии” образ матери Феодосия: вопреки традиции, Нестор изображает не лишенную каких-либо индивидуальных черт благочестивую христианку, а, напротив, женщину властную, суровую, решительно противящуюся религиозным устремлениям сына, не останавливающуюся перед тем, чтобы жестоко избить или посадить на цепь мальчика, мечтающего лишь о богоугодных делах и монашестве.

Главным плодом деятельности преподобного Нестора было составление “Повести временных лет”, окончание которой относят к 1112-1113 годам. Круг источников киевского летописца был необычайно широк для того времени.

Нестор пользовался предшествующими русскими летописными сводами и сказаниями, монастырскими записями, византийскими хрониками Иоанна Малалы и Георгия Амартола, различными историческими сборниками, рассказами старца-боярина Яна Вышатича, торговцев, воинов, путешественников.

Он не только собрал массу разнородной информации, но и привел ее к общему знаменателю, осмыслив не в контексте временной исторической ситуации, а в контексте вечности. Нестор Летописец написал историю Руси как составную часть всемирной истории, истории спасения человеческого рода.

В “Повести временных лет” Нестор повествует о первом упоминании русского народа в церковных источниках в 866 году, о создании славянской грамоты святыми равноапостольными Кириллом и Мефодием, о Крещении святой равноапостольной княгини Ольги в Константинополе.

Летопись преподобного Нестора сохранила нам рассказ о первом православном храме в Киеве, об исповедническом подвиге святых варягов-мучеников Феодора и Иоанна, о “испытании вер” святым равноапостольным князем Владимиром и о Крещении Руси.

Первому русскому церковному историку обязаны мы сведениями о первых митрополитах Русской Церкви, о возникновении Печерской обители, через века ставшей Лаврой, о ее основателях и подвижниках.

Преподобный Нестор скончался около 1114 года, завещав печерским инокам-летописцам продолжение своего великого труда.

Его преемниками в летописании стали игумен Сильвестр, придавший современный вид “Повести временных лет”, игумен Моисей Выдубицкий, продливший ее до 1200 года, наконец, игумен Лаврентий, написавший в 1377 году древнейший из дошедших до нас списков, сохранивших “Повесть” преподобного Нестора (“Лаврентьевскую летопись”).

Наследником агиографической традиции печерского подвижника стал святитель Симон, епископ Владимирский († 1226, память 10 мая), спасатель “Киево-Печерского Патерика”. Рассказывая о событиях, связанных с жизнью святых угодников Божиих, святитель Симон нередко ссылается, среди других источников, на Летописи преподобного Нестора.

Преподобный Нестор погребен в Ближних пещерах преподобного Антония Печерского. Память его Церковь чтит также вместе с Собором отцов, в Ближних пещерах почивающих, 28 сентября и во 2-ю Неделю Великого поста, когда празднуется Собор всех Киево-Печерских отцов.

  1. « Повесть временных лет» – удивительное явление русской культуры

Известно, что летописание было одним из ярчайших проявлений литературного достояния Киевской Руси. Мы имеем блестящее историографическое наследство, представленное целой плеядой выдающихся имён. И Нестору, без сомнения, принадлежит среди них первое место.

Его имя как составителя «Повести» названо в более позднем Хлебниковском списке этого произведения (XVI в.). «Киево-Печерский патерик» среди монахов, живших в Печерском монастыре в XI в., называет Нестора, «который написал летописец». Этим «летописцем» могла быть лишь «Повесть временных лет».

В тексте сохранились места, где летописец говорит от себя. Анализ таких мест позволяет приписать их именно Нестору.

Летопись Нестора начинается словами, давшими название всему произведению: «Вот повесть временных лет, откуда есть пошла Русская земля, кто в Киеве нача первее княжити и откуда Русская земля стала есть». «Повесть» создана в соответствии с канонами мировой средневековой историографии. В её основу положен написанный около 1095 г.

в Печерском монастыре так называемый Начальный извод, начинавшийся коротким рассказом об основании Киева братьями-полянами Кием, Щеком и Хоривом.

Этот рассказ автор предварил обширным историко-географическим вступлением, где описываются происхождение и древнейшая история славян, дана картина их расселения на огромном пространстве Европы.

“Повесть временных лет” и ее автор инок Нестор-летописец представляют собою удивительное явление русской культуры, ее гордость и славу, немеркнущие вот уже девять столетий. По степени гениальности исполнения из современных Повести произведений очень трудно (если вообще возможно) найти нечто сопоставимое – разве что “Слово о полку Игореве”.

Однако надо сказать, что перед певцом Слова, посвятившим свое сочинение описанию похода князя Игоря Святославича на половцев в 1185 году, стояла не столь грандиозная задача, нежели перед автором “Повести временных лет”, который вознамерился ответить на вопрос: “Откуду есть пошла Руская земля, кто в Киеве нача первее княжити, и откуду Руская земля стала есть”.

С этой задачей Нестор справился столь успешно, что его творение стало образцом для последующих поколений русских летописцев – не случайно поздние летописные своды начинались именно с несторовой “Повести”.

Последующих летописцев, как и нынешних исследователей, привлекала и привлекает, прежде всего, широта исторического взгляда Нестора, а точнее сказать – широта его миропонимания.

Свое повествование он начинает с библейских времен, с Великого Потопа, вводя тем самым русскую историю в мировой исторический процесс, делая ее причастной к мировой истории. Затем у него идет рассказ об эпохе общеславянского единства. Тем самым Нестор демонстрирует связь древнерусской истории со славянской историей.

И лишь потом летописатель переходит к изложению исторического материала, относящегося к восточным славянам и людям Древней Руси. Необходимо учесть, что эти построения становились особенно значимыми на фоне высказываний митрополита Иллариона о Русской земле, которая “ведома и слышима всеми конци земли”.

Нестор-летописец, следовательно, закладывал первые основы идеи всемирности русской истории и русского народа, которая у наших мыслителей XIX века (в частности у Ф.М.Достоевского) приобретет мессианское предназначение.

Нестор творил, разумеется, не на пустом месте. В плане идейном он мог опереться, насколько мы только что убедились, на митрополита Иллариона, на его блистательное “Слово о Законе и Благодати”. Но и в летописном деле у него были предшественники, занимавшиеся летописанием далеко уже не одно десятилетие.

Поэтому “Повесть временных лет” создавалась в довольно насыщенной творческой среде, и ее следует рассматривать как своего рода итог развития древнерусского летописания. Правда, относительно начала летописного дела на Руси в науке нет единства мнений.

Существуют три точки зрения на сей счет. Одни исследователи (в частности Б.А.Рыбаков) связывают возникновение летописного жанра с далеким временем князя Аскольда, полагая, что в конце IX века была составлена так называемая “Аскольдова летопись”.

Другие специалисты (например, А. Н. Насонов, М. Н. Тихомиров, Л. В. Черепнин) относят появление летописных записей к исходу X века, когда было составлено “Сказание о русских князьях”, а при Десятинной церкви, созданной заботами князя Владимира Крестителя, стали вестись записи летописного характера.

Третья точка зрения относит возникновение летописного дела к 30-м годам XI века, связывая его со строительством Софии Киевской. На этой точке зрения стоял А.А.Шахматов, следовавший за ним М.Д.Приселков, к ней склонялся также Д.С.Лихачев, допуская, впрочем, здесь и 40-е годы XI столетия.

Трудами А.А.

Шахматова была установлена предыстория “”Повести временных лет”: благодаря глубокому проникновению в русские летописи, исследователь выявил ряд летописных сводов, ей предшествовавших, – это и свод 1039 года, и свод Никона Печерского, и Начальный свод конца XI века. Стало быть, Нестор, приступая к составлению своей летописи, имел под руками обильные летописные материалы, на основе которых он создал новый монументальный свод – “Повесть временных лет”.

Надо заметить, что русские летописцы начали свое дело с подражания греческой хронографии, которую знали прекрасно. Однако они вскоре вышли за рамки подражательства, приобретя опыт и умение создания оригинальных письменных памятников.

Ярким примером тому является “Повесть временных лет”, представляющая собой цельное, пронизанное общими идеями произведение. Это дает основание некоторым исследователям называть Нестора первым русским историком, что верно, но лишь отчасти, поскольку “Повесть” имеет синкретический характер.

Нестор выступает в ней не только как историк, но и как богослов, философ, литератор и фольклорист. Поэтому она имеет отношение не только к истории общества, но и к истории церковных учений, философии, литературы и устного народного творчества. Иными словами, перед нами энциклопедический памятник.

И его автор, преподобный Нестор, заслуживает, безусловно, имени первого русского энциклопедиста».

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Инок-патриот излагает историю Русской Церкви в главных моментах ее исторического становления. Он говорит о первом упоминании русского народа в церковных источниках – в 866 году, при святом патриархе Константинопольском Фотии; повествует о создании славянской грамоты святыми равноапостольными Кириллом и Мефодием, о Крещении святой равноапостольной Ольги в Константинополе.

Летопись преподобного Нестора сохранила нам рассказ о первом православном храме в Киеве (под 945 годом) об исповедническом подвиге святых варягов-мучеников (под 983 годом), о “испытании вер” святым равноапостольным Владимиром (986 год) и Крещении Руси (988 год).

Первому русскому церковному историку обязаны мы сведениями о первых митрополитах Русской Церкви, о возникновении Печерской обители, о ее основателях и подвижниках. Время преподобного Нестора было нелегким для Русской земли и Русской Церкви.

Русь терзали княжеские междоусобицы, степные кочевники-половцы хищными набегами разоряли города и села, угоняли в рабство русских людей, сжигали храмы и обители. Преподобный Нестор был очевидцем разгрома Печерской обители в 1096 году. В летописи дано богословское осмысление отечественной истории.

Духовная глубина, историческая верность и патриотизм ” Повести временных лет” ставят ее в ряд высочайших творений мировой письменности.

Основная работа Нестора – летопись «Повесть временных лет». Начало работы над ней датировано 1112 годом. Нестор потрудился на славу.

До сих пор, «Повесть временных лет» является одним из основных источников знаний по русской истории. Ему удалось прекрасно изложить имеющуюся у него информацию, без пристрастий и прикрас поведать то, что знает он сам.

  Летопись расскажет нам о княгине Ольге, первых русских князьях, о крещении Руси.

Имя Нестора навсегда вписано в русскую историю. Благодаря этому человеку, мы имеем достоверные и более-менее подробные сведения о наших славных предках. Летописец жил в тяжелые времена. На Руси начинались усобицы, постоянно совершали набеги на Русь и кочевники.

Печерская обитель, в которой жил летописец, была разорена кочевниками в 1096 году. Наш герой сильно переживал, но, не смотря на трудности, продолжил свой путь. Летописец Нестор похоронен в пещерах Антония Печерского. Нестор почитается русской православной церковью.

историческая заслуга Нестора состоит в том, что он создал историко-художественное произведение, не имевшее аналогов в европейской средневековой историографии. Показал, что наш народ имеет свою историю, которой может гордиться

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Беляев И. Хронология Нестора и его продолжателей. – ЧТЕН. в общ. истор. и древн. рус, 1846, кн. 2 (ч второй), с. 23 – 38 (исследования).

  2. Бугославский Л. К вопросу о характере и объеме литературной деятельности преп. Нестора. I-III.-Изв. отд. рус. яз. и слов. АН, т. XIX, кн. 1, 1914, с. 131 – 186; кн. 3, с. 153-191

  3. Галахов А. История русской словесности … На с. 284-287-обзор и характеристика литературного наследия Нестора, прежде летописи

  4. Евгений Болховитинов. Словарь исторический … Т. II. На с. 83-95 – биографические данные о Несторе, объем его литературной деятельности

  5. Иванов Н. Общее понятие о хронографах и описание Некоторых списков их, хранящихся в библиотеках петербургских н московских. – Ученому. зап. Котел, унив., 1843, кн. 2 и 3, с. 58-396. литература вопроса, деятельность Нестора.

  6. Строева П. М. Библиологический словарь … с. 214 – дело авторства Нестора

Источник: https://infourok.ru/doklad-na-temu-nestor-russkiy-letopisec-972495.html

Готовый реферат

Повесть временных лет - доклад сообщение

Цена: 750 руб.

Номер: V11236

Предмет: Всеобщая история

Год: 2009

Тип: рефераты

Введение

Литература

ВведениеАктуальность работы. Главный источник наших знаний о древней Руси – средневековые летописи. В настоящее время известно более двухсот списков летописей. Большинство из них опубликовано (полностью или в виде разночтений к другим спискам) в Полном собрании русских летописей. Одна из самых древних и известных – «Повесть временных лет» – летопись, получившая свое название по первым словам «се повести времяньих лет…» и повествующая о событиях русской истории середины IX – начала XII вв. По оценке выдающегося российского ученого Д.С.Лихачева, «Повесть временных лет» с ее всемирно-историческим введением, с ее широким стремлением обосновать место русского народа среди других народов мира, с ее особым вниманием к героическому, к военным подвигам, к славе русского оружия вводит нас в атмосферу эпического народно-песенного отношения к русской истории. Перед нами в «Повести временных лет» в значительной мере эпическое, поэтическое отношение к родной истории. Вот почему «Повесть временных лет» – это не только произведение русской исторической мысли, но и русской исторической поэзии. Поэзия и история находятся в ней в неразрывном единстве. Перед нами произведение литературное и памятник исторической мысли.» Традиция называет автором «Повести» монаха Печерского монастыря в Киеве Нестора. Долгое время считалось, что Нестор являлся родоначальником русского летописания, но позже было установлено, что еще до него существовали летописные своды. «Древнейший», «Свод Никона», «Начальный свод».Изучение «Повести» продолжаются до сих пор, однако, несмотря на значительный массив литературы, посвященный этому литературному памятнику, исследователи расходятся по многим аспектам появления и толкования летописи. Первым в России начал изучать летописи В.Н.Татищев. Задумав создать свою грандиозную «Историю Российскую», он обратился ко всем известным в его время летописям, разыскал много новых памятников. После В.Н.Татищева «Повесть временных лет» изучал А. Шлецер. Если В.Н.Татищев работал как бы вширь, соединяя дополнительные сведения многих списков в одном тексте, и шел по следам древнего летописца – сводчика, то Шлецер работал вглубь, выявляя в самом тексте массу описок, ошибок, неточностей. Оба исследовательских подхода при всем своем внешнем различии имели сходство в одном: в науке закреплялась мысль о непервоначальном виде, в котором до нас дошла «Повесть временных лет». Это и есть большая заслуга обоих замечательных историков. Следующий крупный шаг был сделан известным археографом П.М.Строевым. И В.Н.Татищев, и А.Шлецер представляли себе «Повесть временных лет», как создание одного летописца, в данном случае Нестора. П.М.Строев высказал совершенно новый взгляд на летопись как на свод нескольких более ранних летописей и такими сводами стал считать все дошедшие до нас летописи. Тем самым он открыл путь не только к более правильному с методической точки зрения исследованию дошедших до нас летописей и сводов, которые не дошли до нас в своем первоначальном виде. Необычайно важный шаг сделал А.А.Шахматов, который показал, что каждый из летописных сводов, начиная с ХI века и кончая XVI веком, не случайный конгломерат разнородных летописных источников, а историческое произведение со своей собственной политической позицией, продиктованной местом и временем создания. По мнению А.А. Шахматова, летопись, которую принято именовать Повестью временных лет, была создана в 1112 г. Нестором – предположительно автором двух известных агиографических произведений – Чтений о Борисе и Глебе и Жития Феодосия Печерского. Историю летописания Шахматов связал с историей страны. Возникла возможность взаимопроверки истории государства историей источника. Данные источниковедения стали не самоцелью, а важнейшим подспорьем в воссоздании картины исторического развития всего народа. И теперь, приступая к изучению того или иного периода, прежде всего стремятся проанализировать вопрос о том, каким образом летопись и ее сведения связанны с реальной действительностью. Недостаток подхода, разработанного Л.А. Шахматовым, заключается однако в том, что критический анализ источника фактически сводился к изучению истории его текста. За пределами интересов исследователя остался большой комплекс проблем, связанных с историей значений и смыслов, бытовавших в период создания того или иного летописного свода. Этот пробел в значительной степени был заполнен исследованиями таких замечательных ученых, как: И.Н.Данилевский, В.М. Истрин, А.Н.Насонов, А.А.Лихачев, М.П.Погодин и многие другие.Цель работы – показать историческое и художественное своеобразие «Повести временных лет», дать оценку значимости «Повести» как литературного памятника Древней Руси.

750 руб.

Введение 21. История возникновения русской летописи «Повесть временных лет» 52. «Повесть временных лет» как исторический источник и литературный памятник 103. Стилевое своеобразие «Повести временных лет» 154.Значимость «Повести временных лет» в литературоведческом аспекте 19Заключение 21Список использованной литературы 22

750 руб.

Источник: http://prorektor.ru/planv.php?id=V11236

Повесть временных лет летопись

Повесть временных лет - доклад сообщение

Повесть временных лет летопись – древнерусская летопись, созданная в 1110-х.

Летописи – исторические сочинения, в которых события излагаются по так называемому погодичному принципу, объединены по годовым, или «погодичным», статьям (их также называют погодными записями).

«Погодичные статьи», в которых объединялись сведения о событиях, произошедших в течение одного года, начинаются словами «В лето такое-то…» («лето» в древнерусском языке означает «год»).

В этом отношении летописи, в том числе и Повесть временных лет, принципиально отличаются от известных в Древней Руси византийских хроник, из которых русские составители заимствовали многочисленные сведения из всемирной истории. В переводных византийских хрониках события были распределены не по годам, а по царствованиям императоров.

Самый ранний дошедший до нашего времени список Повести временных лет относится к 14 в. Он получил название Лаврентьевская летопись по имени переписчика, монаха Лаврентия, и был составлен в 1377. Другой древнейший список Повести временных лет сохранился в составе так называемой Ипатьевской летописи (сер. 15 в.).

Повесть временных лет – первая летопись, текст которой дошел до нас почти в первоначальном виде. Благодаря тщательному текстологическому анализу Повести временных лет исследователи обнаружили следы более ранних сочинений, вошедших в ее состав. Вероятно, древнейшие летописи были созданы в 11 в.

Наибольшая признание получила гипотеза А.А.Шахматова (1864–1920), объясняющая возникновение и описывающая историю русского летописания 11– начала 12 в. Он прибегнул к сравнительному методу, сопоставив сохранившиеся летописи и выяснив их взаимосвязи. Согласно А.А.Шахматову, ок.

1037, но не позже 1044, был составлен Древнейший Киевский летописный свод, повествовавший о начале истории и о крещении Руси. Около 1073 в Киево-Печерском монастыре, вероятно, монахом Никоном был закончен первый Киево-Печерский летописный свод.

В нем новые известия и сказания соединялись с текстом Древнейшего свода и с заимствованиями из Новгородской летописи середины 11 в. В 1093–1095 здесь же на основе свода Никона был составлен второй Киево-Печерский свод; его также принято называть Начальным.

(Название объясняется тем, что первоначально именно этот летописный свод А.А.Шахматов счел самым ранним.) В нем осуждались неразумие и слабость нынешних князей, которым противопоставлялись прежние мудрые и могущественные правители Руси.

В 1110–1113 была завершена первая редакция (версия) Повести временных лет – пространного летописного свода, вобравшего многочисленные сведения по истории Руси: о войнах русских с Византийской империей, о призвании на Русь на княжение скандинавов Рюрика, Трувора и Синеуса, об истории Киево-Печерского монастыря, о княжеских преступлениях. Вероятный автор этой летописи – монах Киево-Печерского монастыря Нестор. В первоначальном виде эта редакция не сохранилась.

В первой редакции Повести временных лет были отражены политические интересы тогдашнего киевского князя Святополка Изяславича. В 1113 Святополк умер, и на киевский престол вступил князь Владимир Всеволодович Мономах.

В 1116 монахом Сильвестром (в промономаховском духе) и в 1117–1118 неизвестным книжником из окружения князя Мстислава Владимировича (сына Владимира Мономаха) текст Повести временных лет был переработан.

Так возникли вторая и третья редакции Повести временных лет; древнейший список второй редакции дошел до нас в составе Лаврентьевской, а самый ранний список третьей – в составе Ипатьевской летописи.

Почти все русские летописи представляют собой своды – соединение нескольких текстов или известий из других источников более раннего времени. Древнерусские летописи 14–16 вв. открываются текстом Повести временных лет.

Название Повесть временных лет (точнее, Повести временных лет – в древнерусском тексте слово «повести» употреблено во множественном числе) обыкновенно переводится как Повесть минувших лет, но существуют и другие толкования: Повесть, в которой повествование распределено по годам или Повествование в отмеренных сроках, Повествование о последних временах – рассказывающее о событиях накануне конца света и Страшного суда.

Повествование в Повести временных лет начинается с рассказа о расселении на земле сыновей Ноя – Сима, Хама и Иафета – вместе со своими родами (в византийских хрониках начальной точкой отсчета было сотворение мира). Этот рассказ заимствован из Библии. Русские считали себя потомками Иафета. Таким образом русская история включалась в состав истории всемирной.

Целями Повести временных лет было объяснение происхождения русских (восточных славян), происхождения княжеской власти (что для летописца тождественно происхождению княжеской династии) и описание крещения и распространения христианства на Руси.

Повествование о русских событиях в Повести временных лет открывается описанием жизни восточнославянских (древнерусских) племен и двумя преданиями.

Это рассказ о княжении в Киеве князя Кия, его братьев Щека, Хорива и сестры Лыбеди; о призвании враждующими северно-русскими племенами трех скандинавов (варягов) Рюрика, Трувора и Синеуса, – чтобы они стали князьями и установили в Русской земле порядок. Рассказ о братьях-варягах имеет точную дату – 862.

Таким образом в историософской концепции Повести временных лет устанавливаются два источника власти на Руси – местный (Кий и его братья) и иноземный (варяги). Возведение правящих династий к иностранным родам традиционно для средневекового исторического сознания; подобные рассказы встречаются и в западноевропейских хрониках. Так правящей династии придавалась бóльшие знатность и достоинство.

Основные события в Повести временных лет – войны (внешние и междоусобные), основание храмов и монастырей, кончина князей и митрополитов – глав Русской церкви.

Летописи, в том числе и Повесть…, – не художественные произведения в строгом смысле слова и не труд ученого-историка. В состав Повести временных лет включены договоры русских князей Олега Вещего, Игоря Рюриковича и Святослава Игоревича с Византией.

Сами летописи имели, по-видимому, значение юридического документа. Некоторые ученые (например, И.Н.

Данилевский) полагают, что летописи и, в частности, Повесть временных лет, составлялись не для людей, но для Страшного Суда, на котором Бог будет решать судьбы людей в конце мира: поэтому в летописях перечислялись грехи и заслуги правителей и народа.

Летописец обычно не истолковывает события, не ищет их отдаленные причины, а просто описывает их.

В отношении к объяснению происходящего летописцы руководствуются провиденциализмом – все происходящее объясняется волей Божьей и рассматривается в свете грядущего конца света и Страшного Суда.

Внимание к причинно-следственным связям событий и их прагматическая, а не провиденциальная интерпретация несущественны.

Для летописцев важен принцип аналогии, переклички между событиями прошлого и настоящего: настоящее мыслится как «эхо» событий и деяний прошлого, прежде всего деяний и поступков, описанных в Библии.

Убийство Святополком Бориса и Глеба летописец представляет как повторение и обновление первоубийства, совершенного Каином (сказание Повести временных лет под 1015).

Владимир Святославич – креститель Руси – сравнивается со святым Константином Великим, сделавшим христианство официальной религией в Римской империи (сказание о крещении Руси под 988).

Повести временных лет чуждо единство стиля, это «открытый» жанр. Самый простой элемент в летописном тексте – краткая погодная запись, лишь сообщающая о событии, но не описывающая ее.

В состав Повести временных лет также включаются предания.

Например – рассказ о происхождении названия города Киева от имени князя Кия; сказания о Вещем Олеге, победившем греков и умершем от укуса змеи, спрятавшейся в черепе умершего княжеского коня; о княгине Ольге, хитроумно и жестоко мстящей племени древлян за убийство своего мужа.

Летописца неизменно интересуют известия о прошлом Русской земли, об основании городов, холмов, рек и о причинах, по которым они получили эти имена. Об этом также сообщают предания.

В Повести временных лет доля преданий очень велика, так как описываемые в ней начальные события древнерусской истории отделены от времени работы первых летописцев многими десятилетиями и даже веками. В позднейших летописных сводах, рассказывающих о современных событиях, число преданий невелико, и они также находятся обыкновенно в части летописи, посвященной далекому прошлому.

В состав Повести временных лет включаются и повествования о святых, написанные особенным житийным стилем. Таков рассказ о братьях-князьях Борисе и Глебе под 1015, которые, подражая смирению и непротивлению Христа, безропотно приняли смерть от руки сводного брата Святополка, и повествование о святых печерских монахах под 1074.

Значительную часть текста в Повести временных лет занимают повествования о сражениях, написанные так называемым воинским стилем, и княжеские некрологи.

Издания: Памятники литературы Древней Руси. XI – первая половина XII века. М., 1978; Повесть временных лет. 2-е изд., доп. и испр. СПб., 1996, серия «Литературные памятники»; Библиотека литературы Древней Руси, т. 1. XI – начало XII в. СПб., 1997.

Андрей Ранчин

Литература:

Сухомлинов М.И. О древней русской летописи как памятнике литературном. СПб, 1856
Истрин В.М. Замечания о начале русского летописания. – Известия Отделения русского языка и словесности Академии наук, т. 26, 1921; т. 27, 1922
Лихачев Д.С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. М. – Л.

, 1947
Рыбаков Б.А. Древняя Русь: сказания, былины, летописи. М. – Л., 1963
Еремин И.П. «Повесть временных лет»: Проблемы ее историко-литературного изучения (1947). – В кн.: Еремин И.П. Литература Древней Руси: (Этюды и характеристики). М. – Л., 1966
Насонов А.Н.

История русского летописания XI – начала XVIII в. М., 1969
Творогов О.В. Сюжетное повествование в летописях XI–XIIIвв. . – В кн.: Истоки русской беллетристики. Л., 1970
Алешковский М.Х. Повесть временных лет: Судьба литературного произведения в Древней Руси. М., 1971
Кузьмин А.Г.

Начальные этапы древнерусского летописания. М., 1977
Лихачев Д.С. Великое наследие. «Повесть временных лет» (1975). – Лихачев Д.С. Избранные работы: В 3 тт., т. 2. Л., 1987Шайкин А.А. «Се повести временных лет»: От Кия до Мономаха. М., 1989

Данилевский И.Н. Библеизмы «Повести временных лет». – В кн.

: Герменевтика древнерусской литературы. М., 1993. Вып. 3.

Данилевский И.Н. Библия и Повесть временных лет (К проблеме интерпретации летописных текстов). – Отечественная история, 1993, № 1
Трубецкой Н.С. Лекции по древнерусской литературе (пер. с нем. М.А. Журинской). – В кн.: Трубецкой Н.С. История. Культура. Язык. М., 1995
Приселков М.Д. История русского летописания XI–XV вв. (1940). 2-е изд. М., 1996
Ранчин А. М. Статьи о древнерусской литературе. М., 1999
Гиппиус А.А. «Повесть временных лет»: о возможном происхождении и значении названия. – В кн.: Из истории русской культуры, т. 1 (Древняя Русь). М., 2000
Шахматов А.А. 1) Разыскания о древнейших русских летописных сводах (1908). – В кн.: Шахматов А.А. Разыскания о русских летописях. М. – Жуковский, 2001
Живов В.М. Об этническом и религиозном сознании Нестора Летописца (1998). – В кн.: Живов В.М. Разыскания в области истории и предыстории русской культуры. М., 2002
Шахматов А.А. История русского летописания, т. 1. СПб., 2002
Шахматов А.А. Повесть временных лет и древнейшие русские летописные своды. Кн.1 2) Повесть временных лет (1916). – В кн.: Шахматов А.А. История русского летописания. Т. 1. Повесть временных лет и древнейшие русские летописные своды. Кн. 2. Раннее русское летописание XI–XII вв. СПб., 2003

Источник: https://www.krugosvet.ru/enc/kultura_i_obrazovanie/literatura/POVEST_VREMENNIH_LET_LETOPIS.html

Referat-i-doklad
Добавить комментарий